Постоянное Озарение Чаньский Мастер Постоянное Озарение

 

«Пробуждение» случилось со мной в детстве, ещё когда я не знал ни о каких духовных учителях. Мир оказался не плотным и определённым — а неуловимым и обманчивым…

Поэтому я стал непосредственно наблюдать происходящее — не полагаясь на идеи и принятые среди людей порядки.

Опереться (и то лишь условно) можно было лишь на вот это — в этот миг.

Однако и этот миг не на все вопросы давал ответы. Почему люди делают явные глупости? Почему они порой мучают себя и других? Цепляются за неважное? Удерживают и дурное?

Когда через несколько лет я узнал об Учении Будды, это было ошеломительным открытием. Оказывается, уже был когда-то человек, интересовавшийся теми же вопросами и нашедший путь их решения.

Причины и следствия!

Я стал погружаться в человеческие глупости, стараться примерять их на себя, воплощать их. Так я построил внутренние стены, отгораживаясь от других — чтобы отгородиться от страданий. Я стал программировать себя, чтобы жить, как робот — как люди.

В конце концов, мне удалось «уснуть», забыть, кто я есть.

Но внутренний наблюдатель всегда оставался здесь. Какие бы глупости я ни делал, от каких мучений ни страдал, в сердце всегда было воспоминание о чём-то настоящем, за пределами всей этой суеты.

Потерянный, я захотел найти это, вспомнить это. Я искал: «Чего я на самом деле хочу? Что там, в самой глубине сердца?»

Когда мне попались книги по дзену, я соединил свой поиск настоящего и дзенскую медитацию — в особенности, по методу хуатоу.

К этому добавилось наблюдение намерения Вселенной каждый миг — по Учению дона Хуана.

Лишь десятки лет спустя я узнал, что получившаяся у меня практика не была «хуатоу в классическом смысле»: это был мой собственный вариант духовного пути. Сосредоточение хуатоу; внесловесное наблюдение действующих причин этого мига; созерцание безличного намерения…

Всё это, однако, сработало, поскольку я искал ответа цельностью, от всего сердца.

Не «взрыв хуатоу», но «решение задачи» пришло. Кусочки мозаики со всего мира собрались в единую картинку. «Выполнить программу и успокоиться» оказалось невозможно. Когда ты получишь образование, найдёшь хорошую работу, будешь кормить семью — жизнь вовсе не станет устроенной, ибо выполненные заботы тянут за собой ещё больше новых забот. Так все годы пролетят в бесконечной погоне за выполнением собственных программ.

Не работает и отгороженность от страданий: ты отгораживаешься лишь от счастья, а страдания остаются с тобой, внутри твоих стен.

Но вот ответ был найден; ложная модель, по которой живут люди, разоблачена.

Единство Вселенной вернулось. Все программы были отброшены; все тяготы отпущены.

«Лично мне» уже ничего не было нужно, но другим могло пригодиться моё прозрение, моё открытие безграничного счастья. Поэтому я не стал растворяться в «полной и окончательной нирване», а вернулся в тело, в мир людей. Проведя несколько дней во блаженстве самадхи, я пошёл «начинать новую жизнь» и дарить своё открытие людям.

Судя по книжкам, я стал просветлённым, и все проблемы были решены.

Но через несколько месяцев я заметил, что некоторые ситуации по-прежнему «не решаются». Кроме того, моё собственное поведение оказалось не лишено лени. Как так?

Как недостатки и нерешённые проблемы могут существовать при просветлении?

Это было странно, и я начал искать духовных учителей и изучать духовный путь систематически.

Прошло девять лет, и я узнал много полезного и интересного — в том числе, об Учении Будды и способах его практики. И вот, в 2003 году я встретил Мастера Шен Яня, который, наконец-то, дал мне ясную картину принципов и методов дзенской практики.

С 2001 года я уже преподавал буддизм (по учениям класса Сутры), а теперь стал учить людей и дзенской Дхарме. При этом, продолжал практиковать сам и переводить на русский полезные тексты, особенно Мастера Шен Яня и его учеников. Я по-прежнему старался брать что-то полезное у разных Учителей. Так и моя практика становилась более разносторонней, более полной, и другим я мог помогать эффективнее.

Но увы, собственные склонности — симпатии к чему-то, антипатии к чему-то — ещё отчасти оставались, и от разных Учителей получалось перенять лишь маленькие кусочки их настоящего богатства… Тем не менее, около 2010 года — после многих чудес и взлётов, после периодов трудностей — я разобрался во всех этих, противоречиво и часто ложно описанных, понятиях о просветлении и истинной природе. После десятилетий «достижений» я вернулся к восприятию того пятилетнего мальчика, ошеломлённого иллюзорностью мира.